«Какие машины были? Вот эти огромные будки военные, на них мы все оборудование монтировали. Для штаба, разные заказы для разных войск. — А были случаи, что сюда посторонние пытались проникнуть? — Не было такой возможности потому, что у нас была вооруженная охрана. Я был связан с военной тайной. Меня потом спрашивают: «Почему ты не уехал в Израиль?» Сначала не отпустили бы, а теперь для меня главное — Одесса, больше мне никто не нужен. Рассказать Вам как я стал религиозным? Я почувствовал себя тем, кем должен быть, тем, кем рожден».

Продовження бесіди із Еліезером Трейстером — про релігію, державну таємницю  й сенс життя.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован