Питання про підвищення зарплат і пенсій викликають в одеситів або іронічну посмішку, або агресивне відмахування. Кращий розклад — якщо надходження хоч трохи збільшились. Щоправда рівень купівельної спроможності це не покращує.

— Выросла ли ваша пенсия за этот год?

— На 10 рублей обогатилась. Прямо, как говорится, обеспечила себя на весь год. Очень благодарна.

— Нет, не изменилась, осталась такой же.

— А покупательная способность?

— Нет, наверное, тоже примерно… Все подорожало, конечно, но в основном все так же осталось.

Я бы не сказала. Зарплата, может, и увеличилась незначительно, но расходы очень сильно возросли. И на продукты, и коммунальные оставляют желать лучшего.

— То есть, покупательная способность?..

— Ну, скажем так, в прошлом году было легче сделать детям сюрприз и подарки были на больший бюджет.

Отлично. Я вам много могу рассказать, как мама в декрете. Целых 820 гривен — наша страна считает, что этого более чем достаточно. Поэтому, конечно, мои доходы точно сократились. Две с половиной пачки памперсов на месяц. Все. Мы не должны ни есть, ничего. Это хорошо, когда полная семья. Не представляю, когда мама-одиночка и что она должна делать в такой ситуации. Ну, вот, как-то так.

— За год? Чуть-чуть подняли. Незначительно.

— А покупательная способность?

— Осталась на том же уровне.

— То есть не ниже?

— Ну, в принципе, сейчас пора скидок, можно себе что-то позволить.

— Ну, не увеличилась, такая, как и была, в принципе.

— А покупательная способность?

— Такой и осталась. Не хуже, не лучше. Может, после 31 что-то наладится. Марта.

У меня эти неприкосновенные все отняли.

— Да, выросла.

— Насколько?

— Настолько. Чуть-чуть.

— А покупательная способность?

— О-о-о-о… Совсем нет, невозможно ничего. Вот у меня только 3 тысячи каждый месяц уходит на таблетки. Что это такое?

— Хуже, чем в прошлом году?

— Та в прошлом тоже, между нами, мальчиками… Конечно, хуже.

— Я пенсионерка, немножко повысили, так. Каждый месяц немножко повышают.

— Покупательная способность?

— Способность… Ну, на еду хватает. Если какие-то маленькие подработки — то да. Ну, и на коммуналку. Больше ни на что.

— А вот если сравнивать с предыдущим годом?

— Этот год немножко тяжелее. Чуть-чуть. На чуть-чуть.

— Ваша зарплата — увеличилась, упала за 18-ый год?

— Увеличилась, но незначительно.

— А покупательная способность?

— Уменьшилась.

— Значительно? В сравнении с прошлым годом?

— Да, очень.

— А какая самая большая статья расходов? Что ощутимее всего?

— Что ощутимее? Коммунальные услуги.

На питання, чи справдились надії, покладені на керівництво країни, одесити розводять руками — ну, яке там «справдились».

Не будем о политике, потому что… Все.

— Хотелось бы реформ еще судебной системы. Не видно громких дел, не видно реальных реформ, которые касаются коррупции и коррупционеров в стране.

— А по другим реформам?

— Ну, послушайте, на самом деле, очень много всего сделано. Можно его ругать, конечно, нашего президента, миллион раз, но в армию он вливает деньги. Он сделал безвиз. Я понимаю, что сделано много, действительно. Не все, конечно, то, что хотелось бы. Но достаточно многое. Если честно, скажем так, я не за него, не против него, но если объективно оценивать его действия по сравнению с другими президентами, он сделал в разы больше, чем сделано было за 25 лет до этого.

— Нет, абсолютно никаких. Потому что нам обещали очень-очень сильно понизить цены на газ, что мы будем платить меньше, а видим мы то, что у нас очень большие расходы. Газ — у нас частный дом — и отапливать его очень тяжело. Хотя включаем минимум — но ребенок, по-другому никак.

— И не прогревать тоже не вариант.

— Да. Не получается. Минимальное то, что можно включить, чтобы дома ходить и не мерзнуть, не в курточке, а так. Хотелось бы теплее.

— Нет, кончено, не оправдались.

— Где самый большой провал, на ваш взгляд? В какой из сфер?

— Провал в стране Украина. Самый большой, к сожалению. Никакие надежды, к сожалению, не оправданы.

Война, как шла, так и идет.

— Нет.

— Хоть какие-то из них?

— Для меня — нет. Цены, коррупция. Ничего не поменялось. Пять лет у них было — они ничего не сделали. Может, дай Бог, будет лучше. Не знаю. Может, придет кто-то новый. Может, не придет. Это такое дело. Надо надеяться, что все будет хорошо. А все остальное — такое. Главное — чтоб дети были здоровы, и все. А все остальное придет.

— Как думаете, те ожидания, который были возложены на правительство на 18 год, итоги — они оправдывают?

— У нас война как бы идет. Поэтому я немножко на это не обращаю внимание, что тяжеловато. Ничего, потом будет хорошо. Лишь бы кто-то не вмешивался в нашу державу, лишь бы нам не портил нервы, все бы наладилось. Я так думаю.

Вот я вырос в ту войну, я после войны. Так было видно, что в стране каждый год что-то поднимается. Хоть по чуть-чуть. На коровах пахали, земли обрабатывали — сейчас половина земель не обрабатывается. В селах остались одни пенсионеры, они не в состоянии. Там, возле хаты, немножко, забор, чтоб с голоду не умереть. Валимся пока.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован