Get the Flash Player to see this content.

В Красной Армии Григорий Иванович Котовский входил в так называемую «пятерку комсостава», будучи правой рукой Фрунзе. Такой серьезный карьерный взлет, по мнению супруги Котовского и его сына, стали предметом зависти. «Григория Ивановича боялись!» – такое заявление сделали родственники именитого комдива на похоронах 12-го августа. Сын же Котовского – Григорий Григорьевич – впоследствии и вовсе утверждал, что гибель отца стала первым политическим убийством в Стране Советов. Официальные органы провели не одно расследование и выводы о «заказном» характере преступления исключили. Григорий Иванович стал жертвой своего адъютанта Меера Зайдера. Майорик – так еще величали убийцу – приехал в колхоз Чабанка близ Одессы. В доме Котовских стояли накрытые столы – на следующий день комдив, получив повышение, должен был выехать на новое место службы. Меер Зайдер вышел с Григорием Ивановичем на крыльцо, чтобы поговорить…. Через некоторое время послышался выстрел. На месте преступления была найдена фуражка Зайдера со следами крови Котовского. Ее и тело комдива отправили на судебную экспертизу. Ходила легенда, что после убийства Майорик вбежал в дом и, упав на колени, стал просить супругу Григория Ивановича о прощении. Вдова, может быть, и простила Зайдера, вот только «котовцы» это сделать не смогли. В 27-ом году амнистированного и отпущенного на свободу Майорика нашли на железнодорожных путях с отрубленной головой. Забальзамированное тело Котовского доставили в город Бирзулу, где построили специальный мавзолей. Во время оккупации он был разрушен. Захватчики извлекли останки комдива и бросили их в общую могилу. но долго тело там не пролежало. Местные жители выкопали его и хранили в мешке три года – вплоть до освобождения Бирзулы. Сейчас на месте прежнего мавзолея стоит новый. В нем покоится «человек-легенда».

Комментарии закрыты